Тайное общество «Диск». Гипотезы. Выпуск 6 (Инферно).

  Думаю, нам  пора начать разговор о парадигме тайного общества «Диск». Что здесь сразу нужно отметить? Мы не знаем, существует ли это общество. Факт его существования – только гипотеза, но вот его парадигма – это точно давно не гипотеза. Лично я на её восстановление  (на основании изучения книг писателей-«дисковцев»)  потратил 33 года своей жизни. Чем больше изучал, тем больше поражался. А заодно понял, почему этим писателям пришлось провести такую огромную работу,  чтобы подготовить «бывших советских людей» к её восприятию. Она действительно рушит все устои, что религиозные, что коммунистические.  Даже сейчас нашему обществу принять её непросто.

  Начать здесь нужно с того, чего не поняли Бузиновские: с элемента богоборчества или инферно. Исходной посылкой парадигмы «Диска» является то, что наш мир поражён изначальным эволюционным извращением – инферно, поэтому всё живое в нашем мире на протяжение всего своего существования   обречено на немыслимое страдание. Особенно много об этом писал Иван Ефремов. Он впервые в советской литературе начал использовать термин – инферно. Я уже приводил некоторые его цитаты об этом.  Сделаю ещё одну: «Беру примером молодого человека, потерявшего любимую жену, только что умершую от рака. Он ещё не ощущал, что он жертва особой несправедливости, всеобщего биологического закона, беспощадного, чудовищного и цинического, нисколько не менее зверских фашистских «законов». Этот нестерпимый закон говорит, что человек должен страдать, утрачивать молодость,  силы и умирать. Он позволил, чтобы у молодого человека отняли всё самое дорогое, и не давал ему ни безопасности, ни защиты, оставляя навсегда открытым для любых ударов судьбы из тени будущего!». Это из «Часа Быка».

  Главная  особенность такой системы в том, что  она обязательно должна быть замкнутой на саму себя. Её символ – уроборос (змея, кусающая себя за хвост). Это символ нашей вселенной,  он встречается в очень многих религиях. Если система перестаёт быть замкнутой, то она неизбежно разрушается.

  Эта цитата особо интересна тем, что  Ефремов  назвал в ней главный закон нашего мироздания  фашистским. Это не случайно.

  Современное обществознание ещё не выработало единого определения фашизма. Например, советская политология понимала под ним: «Приход к власти крайних, наиболее реакционных слоёв капитала». В  либеральной политологии  есть несколько определений. Самое распространённое из которых – «Крайняя форма тоталитаризма».

  Таким образом, из советского определения вытекает, что фашизм возможен только в условиях капитализма. При другом способе производства он не может возникнуть.  Либеральная политология (в этом плане) несколько гибче. Из неё теоретически вытекает, что фашизм возможен при любом способе производства, кроме  первобытнообщинного.

  Исходя из концепции «Диска», фашизм возможен на любой почве. В том числе он возможен и на почве социальных систем, построенных на общественной собственности на средства производства. То есть, фашистским может стать и социалистическое государство. Только И. Ефремов подчёркивал, что в этом случае оно станет «лжесоциалистическим», это тоже его термин из «Часа Быка». Возможен фашизм и в условиях первобытнообщинного строя.

  Фашистское социалистическое государство он детально описал в «Часе Быка» на примере планеты Торманс. Она у него возникла на основе идей «Великого гения Цоама», то есть Мао Цзэдуна.  Система в ней, как и в маоистском Китае,  построена на общественной собственности на средства производства. Он, кстати, не испугался открытым текстом написать, что на Тормансе фашизм.

  Первобытным фашизмом он считал замкнутые каннибальские общества Полинезии, возникшие в природных изолятах на маленьких островах Тихого океана. Конкретно о них он написал в романе «Лезвие бритвы». Эта цитата очень интересна, поэтому я дам её полностью:

  «Идея первобытного рая, пронизывающая все наши мечты, религию и даже более серьезные научные изыскания… она, эта идея, и есть та первичная ошибка, которую сделал человек когда-то в своей религии и философии и упорно продолжает цепляться за нее. Уже пять тысяч лет, как мы, европейцы, впитываем из еврейских религиозных преданий сказку о рае, который был дан человеку богом, дан так, ни за что, бесплатно… и потом отнят за грехопадение с матерью всего зла — женщиной! Это прочно вошло в христианство, в проповеди Руссо, в немецкую идеалистическую философию…

  — А на самом деле?

  — Никогда никакого рая не было, всегда была трудная и жестокая борьба, где умирали слабые и выживали сильные, потому что в мире ничего не дается и никогда не давалось даром. В природе или обществе — все равно. А какой-то безумный поэт или жрец породил легенду о таком времени и месте, где все было предоставлено человеку изначала без усилий, жертв и борьбы с его стороны, без всяких обязательств!

  — Сандра, тут я не согласен с вами! Ведь были же всегда заморские земли, например Полинезия. Как я мечтал о ней! Там народы вели первобытный образ жизни, и он всегда манил приплывавших к ним европейцев. Колумб, Магеллан, Кук, все они…

  — Все они, вырвавшись из душной феодально-религиозной Европы, набитой народом, с нищетой и болезнями, млели от восторга, попав на тропические острова, где земля сама рождала пищу человеку, где не было жестоких зим и где им казалось, что теплое море навсегда омыло человеческие страдания. И они, пришельцы из северных стран, жили гостями, наполняя похвалами дневники и письма, а мечтательные европейские философы из кожи лезли, доказывая нам всю прелесть райских островов.

  — И что же?

  — А потом путешественники стали замечать, как Колумб, например, что милые первобытные хозяева держат в особых домах женщин, назначение которых производить детей для откорма и съедения — этакое человеческое стадо. На многих благословенных островах Тихого океана процветало махровое людоедство, причем с тонкой гастрономией: схватить девушку помоложе, вроде Леа, перебить ей все кости в суставах, связать и мочить живую трое суток в ледяной воде ручья для того, чтобы мясо приобрело особый вкус.

  — Но в Полинезии ведь не было людоедства?! Я говорю о больших группах островов, ну, хоть там, где снимался «Последний рай».

  — Там не едят людей. Но сто лет назад — ели. Знаете ли вы обычай убивать новорожденных, распространенный прежде на многих островах? Это и естественно. Крохотные клочки земли могли дать пищу лишь ограниченному числу людей, а лишних надо было съедать или уничтожать иным путем.

  — Сандра, вы хотите убить мою мечту! Не могу согласиться. Выходит, что везде прежде был какой-то первобытный фашизм!

  — Именно фашизм. Но не везде, это не так. Повсюду, в странах главного развития человечества, в смене различных форм общества этого не было, там издревле только шла борьба кочевника и земледельца. А райские уголки — это убежище для чего-то древнего, не добитого сильными и молодыми народами, выжившего благодаря изоляции в хорошем климате, но и расплачивающегося за это».

  Надеюсь, здесь уже видно, что фашистские системы, согласно парадигмы «Диска», это системы самоизолировавшиеся. То есть, системы, полностью повторяющие уродливое устройство нашего мироздания.

  Продолжение следует… 

2
Отправить ответ

avatar
1 Comment threads
1 Thread replies
0 Followers
 
Most reacted comment
Hottest comment thread
2 Comment authors
Андрей Козловичmadiq88 Recent comment authors
  Subscribe  
new old top
Уведомлять
madiq88
Автор
madiq88

Первый раз слышу об этом обществе, слишком запутанное определение, хотя не зря писатели приплели фашизм к «Диску», ведь идеология очень яркая и запоминающиеся для людей.